10 самых популярных и красивых зданий захи хадид

Содержание:

Скандалы в Азии

Последние годы жизни Хадид были отмечены скандалами, связанными со строительством спортивных объектов в Азии

Во время строительства её стадиона в Катаре погибли рабочие — и СМИ, естественно, обратили внимание в первую очередь на известного архитектора. Хадид попросила журналистов тщательнее проверять факты: дизайн здания сам по себе не был опасным для рабочих, а вина лежала на властях Катара и девелопере, которые не обеспечили должного соблюдения техники безопасности на объекте

Кроме того, проект стадиона в Катаре критиковали за экстравагантную форму: многим он напомнил вагину. Хотя Хадид отрицала любое сходство, это кажется скорее плюсом: так в проекте стадиона иронично обыгрался исламский запрет на изображение человеческих лиц. Ещё один скандал ждал Заху Хадид в Токио: местные архитекторы ужаснулись её грандиозному проекту олимпийского стадиона за несколько миллиардов долларов. Кто-то сравнивал его с черепахой, которая хочет затянуть Японию на морское дно.  

Образование и карьера Захи Хадид

Сначала Заха отучилась в Ливане в Американском Университете Бейрута. С 1972 года продолжила образование в Архитектурной школе Ассоциации Архитекторов (АА) в Лондоне. По её окончании некоторое время работала в бюро одного из своих прежних преподавателей — голландского архитектора Рема Колхаса. Он считал её своим самым талантливым учеником и называл «планетой на своей собственной орбите».

Первым проектом, который удалось довести от чертежей до строительства, было здание пожарной части в немецком городе Вайль-на-Рейне для компании Vitra (1990 — 1993).

Заха Хадид. Пожарная часть в Вайль-на-Рейне. Германия.

В гору дела пошли после возведения в США Центра современного искусства Розенталя в Цинциннати в 1999 г.

Кроме непосредственного занятия архитектурой Заха преподавала в школе АА до 1987 года и читала лекции по всему миру, в т.ч. проводила мастер-классы в России. Она тепло относилась к молодым, каковых до сих пор много среди сотрудников офиса её фирмы. В одном из своих немногочисленных интервью она поясняла это обстоятельство так: 

Детище Захи не распалось после её смерти. Коллектив из нескольких сотен человек продолжает дело своего лидера, завершает архитектурные и дизайнерские проекты, начатые ещё вместе с нею. Руководит бюро партнер и соратник Захи Хадид архитектор и теоретик архитектуры Патрик Шумахер.

О работе в России

В середине 2000-х годов мы спроектировали жилую башню на Живописной улице для «Капитал Груп». У этого задания на Москве-реке были особенная идея и дизайн, и мне больше всего жаль, что проект не осуществился. Но мы надеемся, что у нас ещё появится возможность воплотить его в жизнь.

Наш проект коттеджа на Рублёвке для Наоми Кэмпбелл ещё не закончен, и поэтому мы о нём пока не говорим. Сейчас мы работаем над интерьером, и я отправлюсь туда проверить, как идёт строительство. Это тот случай, когда мы взяли на себя всю художественную работу и разрабатываем абсолютно все детали до последней мелочи. Мы проектируем даже водопроводные краны, камины и мебель — редкая возможность осуществить проект дома мечты. И, как вы понимаете, наш клиент не Наоми, а господин Доронин (Владислав Доронин, бизнесмен, совладелец компании «Капитал Груп». — Прим. ред.), он платит деньги.

Архитектор как художник

Вообще, весь подход Хадид к архитектуре и дизайну можно назвать художественным. Хадид отвергала и модернистский функционализм, и постмодернистскую иронию. Её проекты как будто появлялись из какого-то параллельного мира со своей историей искусства. Собственная фантазия была для неё важнее всего, но из-за этого её и критиковали. Так, проект музея современного искусства MAXXI в Риме посчитали совершенно неподходящим для экспонирования живописи и объектов, так что во многом он стал памятником самому себе, а его архитектуру помнят лучше, чем его коллекцию

Её дизайн-объекты — от мебели до ваз и туфель — выглядят как уменьшенные копии её зданий, и уже не так важно, удобно ли ими пользоваться

Интерьер а-ля Заха Хадид

Начнем с того, что сама Хадид, принимая гостей, садилась на самый обыкновенный стул, оставляя посетителей устраиваться на весьма условных авангардных креслах.  

Поэтому искать на аукционах подобия мебельных шедевров Захи вряд ли разумно. Можно сосредоточиться на декоре: оригинальных аксессуарах и сходных с ними по стилю керамических и металлических изделиях.

Crystal architecture

Структурные вазы и аскетично-аристократичные чайные сервизы придутся кстати в любом спокойном интерьере.  

Интерьер в стиле Хадид – это зачастую холодные тона с точками цветовых акцентов. Айсберги, утопающие в нефтяных озерах – такие ассоциации зададут нужный вектор в поиске дизайна. Чёрный и белый глянец, природные оттенки, зеркала, акцентное освещение, плавные линии и экстравагантные аксессуары…

Романтично или неприлично: спорные элементы в интерьере

Арку называют старомодным пережитком эпохи евроремонтов, балдахин относят к категории «бесполезных пылесборников», а лепнину не пускают в современные квартиры.  Разберемся, насколько верны эти утверждения.

Создавая интерьер в духе Захи Хадид, не бойтесь экспериментировать. Ищите уникальные предметы для своего интерьера в салонах ТК «Ланской».

Статьи по теме

09.07.2021

Как жить с маленькой прихожей: 7 идей, которые сделают быт проще

С утра вы портите себе настроение, в спешке пытаясь отыскать ключи, гости замирают на пороге, не зная, куда пристроить мокрую верхнюю одежду… Знакомо? Рассказываем, как облегчить себе жизнь, если у вас маленькая прихожая.

06.07.2021

Дизайн гостиной 2021: разбираемся в новых трендах

Оттенки становятся сложнее, сочетания — смелее, технологии —  «умнее», а диваны — ниже. Посмотрим, какие тренды прописались в интерьере гостиной в 2021 году.

28.06.2021

Чтобы лето не кончалось: средиземноморский интерьер

Из окна пахнет цветущими цитрусовыми деревьями и кипарисами, где-то рядом плещется море, шуршит ракушками прибой, а ветер заносит на порог песок, нагретый летним солнцем — такие ощущения должен вызывать средиземноморский интерьер. Из каких ингредиентов он состоит и насколько средиземноморский стиль уместен в интерьере российской квартиры? Разбираемся.

21.06.2021

Как сочетать винтаж и современность в интерьере

Винтажные вещи, помнящие детство наших бабушек или обнаруженные в «сокровищницах» антикварных магазинов, могут гармонично соседствовать с горячими трендами, коллекциями современных дизайнеров и практичным масс-маркетом.

Станция метро в городе Эр-Рияд, Саудовская Аравия (2020 г)

Идея построить лучшую станцию метро во всем мире пришла принцу Саудовской Аравии Абдалле, он же выступил спонсором проекта. По окончанию стройки мир увидит самую богатую станцию метро, потому что стены в переходах буду выполнены из золота, а полы из мрамора. Сверху, над станцией будет возвышаться комплекс, в котором будет предусмотрена стоянка и торговый центр.  Для обеспечения необходимой циркуляции воздуха, инженеры, с которыми сотрудничала Заха Хадид, изобрели новейшую систему кондиционирования. Общая площадь постройки будет составлять 20 тыс. м2. Еще одной особенностью станции является наличие особой системы пропуска в подземный переход метро, которая позволит избежать давки.  Волнистые «холмы» станции метро символизируют песчаные дюны Аравии, а со стороны трассы торговый центр напоминает корабль.

О звёздной архитектуре

Часто говорят, что эпоха звёздных архитекторов завершается. Я не совсем согласен с этим. Мы живём в эпоху глобализации, и многие бренды становятся всё более важным элементом нашей жизни. Поэтому звёздные архитекторы никуда не денутся, и будут появляться новые звёзды. Просто период их влияния станет короче, чем раньше. Если мы говорим о крупных зданиях — новых аэропортах, олимпийских стадионах, крупных небоскрёбах, — то эти проекты должны осуществляться большими и опытными организациями. Однако, с одной стороны, не во всех странах есть такие компании. А с другой стороны, чтобы быть устойчивыми, большим компаниям нужен глобальный рынок. Нет-нет, эра звёздных архитекторов не закончится ещё очень долго.

Мы работаем на всех пяти континентах, и у нас в бюро 400 архитекторов. Мы хотели бы работать в странах, которые находятся на разных этапах развития. У нас нет никакого морального превосходства, которое мы бы чувствовали по отношению к странам с разными социальными условиями. В любой стране существуют проблемы, которые могут стать объектом критики, особенно на политическом уровне. Но у каждой страны есть возможность иметь первоклассные институты, и каждая страна принимает своё участие в развитии мировой культуры.

Учёба у Рема Колхаса

Заха Хадид родилась в Багдаде в богатой семье, в детстве ездила за границу, училась в Американском университете в Бейруте, а затем отправилась изучать архитектуру в Лондон, где и встретила Рема Колхаса. Проработав в его бюро OMA в Роттердаме с 1977 по 1980 год, она вернулась в Лондон, где начала независимую практику. Междисциплинарный подход OMA явно повлиял на Хадид, которая внедряла в свою практику понятия из изобразительного искусства и естественных наук. Постоянное теоретизирование, которым занимались в бюро Колхаса, тоже было важным для Хадид, для которой признание её идей в первые годы работы заменяли воплощение проектов.

Международный центр культуры и искусства в городе Чанша, Китай

Заха Хадид во главе своей компании выиграла тендер на строительство центра культуры на берегу озера Мэйсиху. Комплекс будет включать в себя три основных здания: большой и малый театры и музей искусства. В плане также предусмотрено создание магазинов и ресторанов на предлагаемой для строительства территории, которые будут выполнены в «тандеме» с новыми сооружениями. Большой театр будет вмещать до 1800 человек, и в нем будут проходить представления мирового уровня. Для этого сцена будет оснащена современным техническим оборудованием. Во втором театре, вместительностью 500 человек, будут проводить показы, презентации и малые формы театральных представлений. Центр будет работать в режиме 24/7.

Скандалы в Азии

Последние годы жизни Хадид были отмечены скандалами, связанными со строительством спортивных объектов в Азии

Во время строительства её стадиона в Катаре погибли рабочие — и СМИ, естественно, обратили внимание в первую очередь на известного архитектора. Хадид попросила журналистов тщательнее проверять факты: дизайн здания сам по себе не был опасным для рабочих, а вина лежала на властях Катара и девелопере, которые не обеспечили должного соблюдения техники безопасности на объекте

Кроме того, проект стадиона в Катаре критиковали за экстравагантную форму: многим он напомнил вагину. Хотя Хадид отрицала любое сходство, это кажется скорее плюсом: так в проекте стадиона иронично обыгрался исламский запрет на изображение человеческих лиц. Ещё один скандал ждал Заху Хадид в Токио: местные архитекторы ужаснулись её грандиозному проекту олимпийского стадиона за несколько миллиардов долларов. Кто-то сравнивал его с черепахой, которая хочет затянуть Японию на морское дно.  

Что говорят архитекторы?

Патрик Шумахер, партнёр Zaha Hadid Architects: «Меня полностью устраивает получившееся здание, и я завидую людям, которые будут работать в такой хорошей среде. Мы считаем, что проект ещё очень современный, несмотря на то, что на его реализацию ушло десять лет. Постройка полностью соответствует курсу бюро и отвечает тому, что мы делаем сегодня. За последние десятилетия у нас сложился очень стабильный подход к идеологии и разработке пространства. Мы любим открытость, пространственный динамизм, нам нравится идея пространственного полёта. Например, когда вы стоите в атриуме здания, то видите всё, что происходит наверху, внизу, по бокам — у вас создаётся глобальное осознание пространства. Для нас это очень современный и актуальный подход к архитектуре.

Во время работы над этим проектом мы сотрудничали с российской стороной, которая отвечала за то, чтобы здание соответствовало принятым в России нормативам, готовила всю окончательную конкурсную документацию и осуществляла технический контроль за площадкой. В свою очередь мы сделали основной проект, проработали все детали и отвечали за создание внешнего облика здания. Все проекты, которые выполняет бюро, инициируются мной и Захой Хадид, включая эту постройку. Мы делаем очень общие скетчи, и после этого проектировщики воплощают идеи в более конкретные формы. Это превращается во внутренний конкурс, соревнование внутри бюро. Мы даём молодым талантам возможность поучаствовать в креативном процессе.

На протяжении всего процесса строительства бюро постоянно проводило контроль качества — и мы продолжаем сейчас осуществлять этот контроль. Конечно, в России есть области, в которых работать трудно, и приходилось иногда многое переделывать. Но это обычное дело при любом строительстве, в абсолютно любой стране. Мы указываем на ошибки и требуем, чтобы всё было сделано хорошо, и клиент нас очень поддерживает в этом: они сами будут занимать это здание в будущем.

Работа в стол

Если посмотреть на список проектов Захи Хадид, то первое, что бросается в глаза, — это почти полное отсутствие осуществлённых проектов в 1980-е годы. При этом проектов, оставшихся в виде визуализаций и чертежей, много — для разных городов и разных масштабов. Её проекты выигрывали международные конкурсы, но оставались на бумаге, потому что были слишком смелыми — и технологически, и контекстуально. Первое здание по проекту Хадид начали строить лишь в 1986 году в Берлине. В этом ей помогли немецкие феминистки, которые пытались увеличить присутствие женщин в современной архитектуре Германии. Строительство жилого дома IBA завершили в Берлине в 1993 году. 

Мадам Хадид и экспериментальный дизайн

Фантазия Захи Хадид не могла уместиться в сфере одной только архитектуры. Играя с линией, искривляя пространство и придавая привычным вещам сюрреалистические формы, Заха создает мебель и ювелирные украшения, работает с керамикой и устраивает инсталляции.  

Хадид выпустила несколько экспериментальных интерьерных коллекций. Хитами можно считать светильник Chandelier Vortexx и кресло Z-chair.

 Chandelier Vortexx 

Z-chair

Футуристичные стулья, напоминающие инопланетные растения, и банкетки-бумеранги – чистое искусство, они кажутся скорее демонстрацией мастерства, чем реальными предметами интерьера, хотя та же банкетка на самом деле функциональна: может использоваться и как ложе, и как стул/стол одновременно. Вазы и сервизы, напротив, легко впишутся в любой минималистичный интерьер.

Belu bench и Bow chair

При взгляде на интерьерные работы Хадид, будь это чертеж или воплощенный проект, захватывает дух. Мы видим сюрреалистические дворцы и аскетичные межгалактические базы. Она делала то, чего не делал ещё никто.

«OPUS» Office Tower и галерея Roca

Шедевры архитектуры, созданные непревзойденной Захи Хадид

Заха Хадид является ярким представителем постмодернизма в архитектуре, максимально приближенный к деконструктивизму. Она родилась в Багдаде 31 декабря 1950 года, а ушла из жизни 31 марта 2016 года, оставив на Земле огромный след в истории развития архитектуры Европы. За 65 лет своей жизни Хадид не раз приходилось доказывать, что «женщина может построить дом».

«Мир изменился — 30 лет назад люди думали, что женщины не могут построить здание. Теперь эта идея канула в лету».

За свою позицию и смелые работы женщина-архитектор была удостоена следующих наград: рыцарский орден Британской империи, Королевская золотая медаль, императорская премия. А в 2004 году Заха Хадид стала первой женщиной, которая была награждена Притцкеровской премией. Здесь собраны самые грандиозные проекты легендарного архитектора, над созданием которых Хадид старательно трудилась.

Транспортный музей Riverside в городе Глазго, Великобритания (2011 г)

Музей находится на берегу реки Клайд и занимает площадь 7 тыс. м2. Сложность при проектировании заключалась в том,  что некоторые экспонаты, например первые локомотивы, занимали много места, поэтому в центре помещения не должно было быть никаких опор. Чтобы решить этот вопрос Хадид переместила все коммуникации под землю, а тяжелый свинцовый потолок укрепила 10-ю диагональными балками. С двух сторон стены полностью застеклены, что дает доступ дневного света в нужном количестве. Музей Ривердсайд насчитывает более 3000 экземпляров, среди которых первые велосипеды, яхты, автомобили, коляски и другие транспортные средства. Инновационное сооружение  по форме сравнивают с айсбергом.

Что не так?

Юрий Болотов, главный редактор The Village: «Дорогая и ладная вещь из позапрошлой коллекции, которую провинциальный житель купил в метрополии в стоке и теперь восторженно привёз в свой райцентр», – примерно так я описал первое московское здание Захи Хадид в своей язвительной и намеренно провокационной колонке ещё прошлым летом, когда появились первые новости о завершении проекта Dominion Tower на Шарикоподшипниковской улице. К сожалению, спустя год приходится повторить эти слова.

Изломанная башня в промзоне на Дубровке потеряла в реализации из-за традиционно неважного качества российского строительства, но всё равно удивляет своими формами. Представьте, что среди привычного постсоветского пейзажа — забор, роддом, серые пятиэтажки, машиностроительный завод — приземлился инопланетный корабль, напоминающий стопку брошенных друг на друга PlayStation 4

Вы входите внутрь бизнес-центра и видите текучий атриум, который перерезают зигзаги лестниц. Эффектно? Очень: такой вещи в России ещё не было, и очень скоро снимки этого самого атриума заполнят Instagram, а московские краеведы станут водить экскурсии к зданию.

Ново и необычно, но лишь для Москвы. Dominion Tower — это шаг назад по сравнению с тем же Центром Гейдара Алиева в Баку или любым другим новым проектом бюро. Здание проектировали и строили более десяти лет, и сейчас оно выглядит запоздалым приветом из прошлого. И дело не только во внешней форме как у ранних проектов Хадид — внутренности здания куда современнее его фасадов, — но и в самой идеологии постройки.

Несмотря на мировую известность, Заха Хадид — противоречивый и отчасти трагический персонаж. К моменту получения Притцкеровской премии в 2004 году она два десятилетия была бумажным архитектором. Хадид раз за разом выигрывала конкурсы, её необычные проекты с отсылками к Малевичу и русскому авангарду получали восторженные отзывы критики, но в итоге бюро завершило едва ли пять скромных построек. Спустя десятилетие у Хадид нет проблем с заказами: она главный архитектор на планете, и её иконические здания появляются по всему миру. Однако за прошедшее десятилетие в архитектуре произошёл тектонический сдвиг.

Авангардные проекты Нормана Фостера, Фрэнка Гери и других звёзд воспринимались на ура на рубеже веков. Но сейчас ту же Хадид критикуют за слишком сложные и дорогие постройки, добавляя, что она виновата в гибели рабочих на стройплощадке в Катаре. Последний удар по бюро — отмена масштабного строительства стадиона к токийской Олимпиаде 2020 года, на проектирование которого ушло несколько лет. Хадид — архитектурная звезда в эпоху, когда мода на архитектурных звёзд пошла на спад. Британка всю жизнь была авангардным архитектором, но к 2015 году изменилось само понимание авангарда. Масштабные и эффектные здания из железобетона — скорее прошлое, чем будущее: в 2014 году Шигеру Бан получил Притцкеровскую премию за временные постройки для беженцев, собранные из картонных труб, а в этом её должен был получить ныне покойный Фрай Отто за лёгкие тентовые конструкции.

Всё это применимо и к первому российскому проекту британки. Когда проектирование только начиналось в середине 2000-х, девелопер заказывал не просто эффектное здание, а образ светлого и благополучного будущего. Кризис 2008 года на несколько лет заморозил строительство, а к 2015 году всё в России изменилось настолько, что получившийся результат — скорее неоправданная роскошь, чем необходимость (и аренда в новом бизнес-центре едва ли не выше, чем в небоскрёбах «Сити»).

Хотите ощутить дух этого года? Отправляйтесь в «Гараж» Рема Колхаса, в котором голландец дал новую жизнь типовой советской архитектуре 1960-х годов. Успейте до закрытия во временное пространство «ЭМА», сделанное быстро и дёшево. Покатайтесь на качелях на обновлённой Триумфальной площади. А Dominion Tower, увы, совершенно несвоевременна. Здание от этого не становится хуже, но осадок остаётся.

Признание

Проект спортивного клуба «Пик», созданный Захой для клиента из Гонконга, — первая её победа в значительном архитектурном конкурсе (1983 г.).

Постепенно Заха Хадид становится признанным архитектором, яркие проекты которого разительно отличаются от работ других специалистов. В 2004 году она стала лауреатом самой престижной премии в области архитектуры — Притцкеровской. Эта награда впервые была присуждена архитектору женщине. Торжественная церемония вручения прошла в Эрмитажном театре на Дворцовой набережной Санкт-Петербурга.

Один из важных факторов, который рассматривается при присуждении премии, — наличие заложенных в проекты инновационных идей. Новаторство в творчестве Захи Хадид с самого начала было одним из основополагающих принципов. На становление её индивидуального стиля повлияло увлечение авангардизмом, особенно творчеством Казимира Малевича. В начале карьеры её серьёзно интересовали эксперименты и приемы русского авангарда. Те наработки угадываются во всех её проектах. Заха Хадид и сама стала великим экспериментатором.

Архитектор как художник

Вообще, весь подход Хадид к архитектуре и дизайну можно назвать художественным. Хадид отвергала и модернистский функционализм, и постмодернистскую иронию. Её проекты как будто появлялись из какого-то параллельного мира со своей историей искусства. Собственная фантазия была для неё важнее всего, но из-за этого её и критиковали. Так, проект музея современного искусства MAXXI в Риме посчитали совершенно неподходящим для экспонирования живописи и объектов, так что во многом он стал памятником самому себе, а его архитектуру помнят лучше, чем его коллекцию

Её дизайн-объекты — от мебели до ваз и туфель — выглядят как уменьшенные копии её зданий, и уже не так важно, удобно ли ими пользоваться

Учёба у Рема Колхаса

Заха Хадид родилась в Багдаде в богатой семье, в детстве ездила за границу, училась в Американском университете в Бейруте, а затем отправилась изучать архитектуру в Лондон, где и встретила Рема Колхаса. Проработав в его бюро OMA в Роттердаме с 1977 по 1980 год, она вернулась в Лондон, где начала независимую практику. Междисциплинарный подход OMA явно повлиял на Хадид, которая внедряла в свою практику понятия из изобразительного искусства и естественных наук. Постоянное теоретизирование, которым занимались в бюро Колхаса, тоже было важным для Хадид, для которой признание её идей в первые годы работы заменяли воплощение проектов.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector